Стратегия 31

Россия выступилa против создания международного механизма по аресту и возврату собственности, нажитой коррупционном путем

Россия ратифицировала Конвенцию ООН по борьбе с коррупцией. Но на последнем, ноябрьском заседании конвенции в Дохе несколько стран выступили против создания международного механизма по аресту и возврату собственности, нажитой коррупционном путем. Любопытно, что это Китай, Зимбабве, Бирма, Нигерия и Россия.

из интервью Александр Лебедева для KP.ru:

все интервью
http://kp.ru/daily/24501.4/653710/

Рассказ “Неизвестной”

Как и ожидалось, интерпретировать слова Путина, сказанные в разговоре с Шевчуком, как обещание не разгонять митинг на Триумфальной не следовало. Митинг и в этот раз разогнали – и даже жестче, чем обычно. Я видела, как били людей, которые просто снимали митинг, как их кидали на землю и ногами били видеоаппаратуру. Как ватага ментов двинулась по направлению ко Льву Пономареву, но неожиданно наткнулась на машину, неизвестно откуда взявшуюся в центре толпы, и отступила.

http://grani.ru/blogs/free/entries/178585.html

С другой стороны, несмотря на все эти зверства, люди, вышедшие в этот раз на площадь, были воодушевлены, были активнее чем обычно и полны боевой энергии.

Меня схватили минут через 15 после того, как я вышла на площадь, заломили руки, потащили в милицейский автобус. Там уже сидело 22 человека, среди них Аксенов от нацболов, Всеволод Чернозуб из «Солидарности», Вера Кичанова из «Новой газеты», Саша Артемьев из «Газеты.ру»… Было тесно, двое человек стояли, потому что некуда было сесть, окна запотели от жары. Меня втащили в автобус, и мы сразу поехали.

Около полутора часов мы ездили кругами по центру города, милиционеры куда-то звонили, просили объяснить, как доехать до ОВД. Это меня всегда поражало – как ни попаду в автозак, вечно за рулем водитель, который ездит так, что грех не пошутить, спросив, за сколько он купил права, и вечно этот водитель не знает дороги. Пока омоновцы искали ОВД «Замоскворечье», мы задыхались от жары – на окнах были решетки, и потому открыть форточки было нереально.

Через полтора часа мы наконец прибыли. Нас разместили на территории ОВД во дворике, задержанные выжимали одежду, приходили в себя, одна девушка была почти в обмороке. Уже минут через 15 к ОВД подъехали сочувствующие – привезли воду. За это время один человек успел сбежать – перелез через забор, за ним лениво полезли два омоновца, но так и не догнали.

Примерно 40 минут мы сидели во дворике и ждали, когда же нас заведут в здание ОВД и начнут наконец оформлять. Но вместо этого нам через 40 минут неожиданно предложили вернуться в автобус. Мы отказались, попросили не затягивать с оформлением протоколов. Дело в том, что милиционеры не имеют права удерживать участников несогласованного митинга дольше трех часов с момента доставления в ОВД. Но в ОВД нас по сути еще не доставили, так как мы сидели во дворе, и факт нашего доставления никто фиксировать не хотел, а был уже девятый час вечера.

В общем, идти обратно мы отказались. Тогда омоновцы стали хватать людей и насильно тащить их в автобус, меня по пути бросили на землю и протащили по луже, а в автобус запихнули ногами. Тогда мы забаррикадировались в автобусе в знак протеста против избиений. Когда омоновцы предложили нам все-таки начать заполнять протоколы, мы отказались, сказав, что пока нам не назовут имена и должности избивавших, мы не выйдем из автобуса и не станет сообщать свои паспортные данные. Минут через 20 нас стали насильно вытаскивать из автобуса: людей били о решетки, о скамьи, на которых мы сидели, рвали одежду, Саше Артемьеву из «Газеты.ру» сломали руку. Так нас затащили в ОВД.

Саше вызвали скорую, и его госпитализировали. Остальных держали в ОВД до 4 утра, всем писали статьи 20.2 и 19.3 КоАП (участие в несогласованном митинге и неповиновение законным требованиям сотрудниками милиции). Обычно оппозиционерам дают только 20.2 и только в исключительных случаях пишут еще и «неповиновение», но в этот раз 19.3 дали всем – эта статья может наказываться заключением до 15 суток, к тому же дает право удерживать человека до суда трое суток. Статья 20.2 дает право удерживать человека только 3 часа. Видимо, поэтому милиционеры и писали всем 19.3, так как оформить протоколы за 3 часа не успевали, пришлось возиться с оппозиционерами всю ночь. В рапортах у милиционеров везде был один и тот же текст – «высказывал оскорбительные высказывания», «вызвал возмущение прохожих» и все в таком духе.

Меня в ОВД продержали дольше остальных по той причине, что я продолжала требовать назвать имена и должности тех людей, которые нас били, а до этого момента отказывалась давать свои паспортные данные. Хотя несколько человек также отказывались давать паспорта, подписывать протоколы и писать объяснительные, на ночь в ОВД оставили только меня.

Было подано два заявления дежурному: одно коллективное – по факту избиений, одно одиночное – по факту того, что замначальника по КиВоР (кадровой и воспитательной работе) Бурлаков покрывает своих подчиненных: мы его вызвали и попросили назвать имена людей, которые нас били, показали фотографии, он подчиненных своих узнал, но фамилии их назвать отказался. Начальник штаба Нархов также имена избивавших отказался называть.

Около 7 утра мне стали звонить коллеги по «Солидарности», узнавать, почему меня до сих пор удерживают, они подключили к моему освобождению правозащитников и СМИ. Как только факт моего удержания в ОВД стал получать огласку, милиционеры стали суетиться, а когда к ОВД подъехал мой защитник, в течение двух минут меня вывели из камеры, привели двух уборщиц, спросили, владеют ли они русским, после чего попросили расписаться в протоколах, что они как понятые свидетельствуют, что я отказываюсь от дачи подписи. В протоколах была указана фамилия «Неизвестная» и имя «Неизвестная».

Анастасия Рыбаченко

Обращение ветерана панфиловской дивизии к В. Путину после событий 31 мая 2010

Народный гнев  ? В ответ на сорванные боевые медали  ветеран ругает Путина .

См. видео

31 мая на Триумфальной ?

Путину не мешает “Марш несогласных”?

Петербурге прошла встреча Владимира Путина с организаторами и участниками благотворительного литературно-музыкального вечера “Маленький принц”. Острые вопросы премьер-министру задавали рок-музыкант Юрий Шевчук и Олег Басилашвили.

Литературно-музыкальный вечер “Маленький принц” в Михайловском театре был организован московским фондом помощи онкобольным детям “Подари жизнь”. Такие вечера ежегодно проводятся накануне Дня защиты детей. В результате этого вечера было собрано более 800 тысяч рублей, предназначенных для оснащения нового онкогематологического центра в Москве, который должен начать работу в 2011 году. Накануне премьер-министр Владимир Путин встретился с организаторами и участниками вечера, в том числе с лидером группы ДДТ Юрием Шевчуком и артистом Олегом Басилашвили. Юрий Шевчук не побоялся задать Путину острые вопросы:

– Есть ли у вас в планах серьезная, честная либерализация и демократизация страны? Чтобы не душили общественные организации, а люди перестали бояться милиционера на улице? Потому что сейчас милиционер служит начальству, а не народу, а начальство – своему карману. 31 мая будет “Марш несогласных” в Питере. Он будет разгоняться или нет?

Владимир Путин согласился с певцом, что без демократического развития у России нет пути:
Есть ли у вас в планах серьезная, честная либерализация и демократизация страны? Чтобы не душили общественные организации, а люди перестали бояться милиционера на улице?

– Все должны действовать в рамках закона. Вы говорите, что милиция служит служит только начальникам. В милиции всяких людей хватает. Там срез нашего общества, туда не с Марса люди приехали. Есть люди, которые верой и правдой служат своему народу и не жалеют не только здоровья, но и жизни своей, под пули идут. Есть гаишники, которые мзду снимают и бабки стригут на дороге. Но мазать всех одним черным дегтем, считаю, несправедливо, хотя проблем там хватает. По поводу “Марша несогласных”. Кроме тех людей, которые выходят на марш – согласных или несогласных, есть и другие люди, о правах которых мы не должны забывать. Если вы решите провести “Марш несогласных”, скажем, у больницы, где будете мешать больным детям, кто ж вам позволит там проводить этот марш?! Но это совсем не значит, что власть должна создавать невозможные условия для проявления свободы слова. Надеюсь, что в Петербурге будет сделано именно так – по уму. На самом деле, мне это не мешает, а, наоборот, помогает. Если я вижу, что люди вышли не для того, чтобы побазарить, попиарить себя, а говорят что-то дельное, конкретное, указывают какие-то болевые точки, на которые власть должна обратить внимание, то что же здесь плохого?! “Спасибо” надо сказать.

Слова премьер-министра совсем не успокоили лидера “Объединенного гражданского фронта” Ольгу Курносову, одну из организаторовакции в защиту 31-й статьи Конституции:

– Слова-то были фарисейские. На самом деле мы всегда пытаемся найти правильные места для акций и договориться о таких маршрутах, которые никому не помешают. Но когда звучат слова “Марш несогласных”, власти не дают согласия даже на Пионерскую площадь. Мы второй раз будем проводить свою акцию в защиту свободы собрания на Дворцовой площади, и второй раз получили запрет от городских властей. Надо сказать, что именно Дворцовая площадь, как пешеходная зона, вполне удовлетворяет тем критериям, о которых говорил Владимир Путин во время встречи. Тут нет больниц, это пешеходная зона. Люди никому не мешают. Тем не менее, второй раз получили запрет. Надеюсь, что в третий раз мы такого запрета не получим. И потом я знаю доподлинно, что все запреты всегда согласуются с федеральными властями. Это не злая воля исключительно городских властей.

Read more: http://www.svobodanews.ru/content/article/2056713.html

31 Mарта 2010

пишет : Саша Сотник Откуда: Москва

http://www.svobodanews.ru/content/article/1999250.html